Сегодня Европа вновь, как и век назад, очарована дягилевскими «Русскими сезонами». В роли знаменитого антрепренёра выступает не менее знаменитый танцовщик, народный артист России Андрис Лиепа, с огромным успехом восстанавливающий на зарубежных сценах давний репертуар «Балле Рюсс» Дягилева.

Балет в России — больше, чем балет. Ни одна театральная антреприза в современной истории не смогла бы сравниться с «Балле Рюсс» Дягилева. Русская труппа потрясла Европу яркой хореографией Фокина и Баланчивадзе, неожиданными декорациями Гончаровой и Ларионова, утончённым мастерством Нижинского и Карсавиной. «Удиви меня!» — было заповедью, которой следовали во всём эта балетная компания и её создатель.

Столетию русской антрепризы, родившейся на Французской Ривьере в театральный сезон 1911 года, был посвящён летний гала-концерт в элегантном каннском «Пале де Фестиваль». В огромной аудитории дворца киносмотров более двух тысяч поклонников пластического искусства заворожённо следили в июльскую ночь за виртуозными выступлениями сегодняшних звёзд двух российских столиц. А в конце спектакля солисты вышли на поклоны зрителям под большим портретом основателя «Русских сезонов», давшего своё имя целой эпохе.

— Дягилев открыл Старому Свету русское искусство, — считает главный режиссёр гала-концерта в Каннах народный артист России Андрис Лиепа. — В XX веке в России родились многие новые веяния, и сформированная им балетная компания произвела в мире танца настоящую революцию своими артистическими новациями.

Андрис Лиепа, признанный сегодня одним из лучших постановщиков в мире, вот уже два десятилетия бережно восстанавливает репертуар дягилевцев. В его планах — возрождение всех спектаклей знаменитой балетной компании. Мастер, уже восстановивший 11 постановок эпохи «Русских сезонов», сообщил нашему журналу, что в ближайшие годы «на сцену вернутся ещё пять-шесть забытых шедевров».

Часть восстановленных спектаклей дягилевцев Лиепа показывал на Лазурном Берегу ещё несколько лет назад — по просьбе мэра города искусств, депутата Национального собрания Франции Бернара Брошана. Возрождённые балеты «Шехерезада» Николая Римского-Корсакова, «Синий бог» А.Скрябина, «Тамар» Милия Балакирева, «Болеро» Мориса Равеля стали триумфом российского балетмейстера в «Пале де Фестиваль».

— Я работаю с труппой Кремлёвского балета, приглашаю артистов из других театров, — говорит мастер о своей творческой лаборатории. — У нас пятилетний контракт с Театром Елисейских полей, где каждый год мы восстанавливаем новый балет из репертуара «Русских сезонов». Так, в будущем году в Париже будет показан балет «Клеопатра» Антона Аренского. Спектакль создавался для Иды Рубинштейн, увековеченной на портрете Валентина Серова.

— Мы восстановили «Павильон Армиды» Николая Черепнина, — рассказал далее постановщик. — Мне довелось познакомиться с внуком композитора, и оказалось, что я первый за четверть века, кто заинтересовался музыкой его деда.

На Фестивале Дягилева в Лондоне британские почитатели классики признавались российскому балетмейстеру: «Мы пришли специально слушать музыку Черепнина, Балакирева, которую никогда не слышали».

Был бы проект столь же успешным без поддержки коллег и друзей в мире балета? Народный артист России Николай Цискаридзе не смог участвовать во всех программах «Русских сезонов», но присутствовал на каннском гала и пришёл за кулисы, чтобы сказать добрые слова исполнителям.

— Я безмерно благодарен коллегам, — говорит Андрис Лиепа. — Помню, во время выступления в Лондоне мне сказали, что в зале находится Наталья Макарова. У меня спектакль даже шёл подругому, ведь в зале был человек, который понимал все нюансы и видел вещи, которые может увидеть только мастер…

Вскоре Андрис соберёт труппу на историческое рандеву.

— Мы впервые представим 22 сентября «Русские сезоны» в Абу-Даби, — сообщил «Эхо» балетмейстер. — Это произойдёт в знаменитом отеле «Эмирейтс Палас». В его театре на 1100 человек, под патронатом одного из шейхов, будем показывать «Шопениану» и «Половецкие пляски».

Помимо выступлений за рубежом Лиепа организует гастроли в регионах России. Со своими спектаклями артисты побывали в Екатеринбурге, Челябинске, Перми, Новосибирске, Ярославле, Нижнем Новгороде, многих других городах.

Восприняв заповедь Дягилева «удивлять», режиссёр очень тщательно и продуманно перемешивает номера в своих концертах. Во время гала в Каннах зал взорвался аплодисментами после «Встречи» — виртуозного танца Илзе Лиепы, навеянного дуэтом исполнителей в культовом французском фильме «Шербурские зонтики». В своём оригинальном сценическом костюме, одна половина которого — элегантное платье, а другая — мужской наряд, балерина продемонстрировала фантастическое искусство мгновенного перевоплощения и отточенную танцевальную технику ХХI века.

— Этот номер настолько потрясающе отработан, что зритель видит эффекты, которые можно видеть только в кино, — отметил главный режиссёр. — Тем не менее Илзе каждый раз привносит в эту миниатюру что-то новое…

Великий артист Марис Лиепа, кумир нескольких поколений поклонников балета, любил повторять детям, что «настоящее искусство — это хорошая импровизация, которая базируется на хорошо отработанном материале». И увлечение творчеством труппы Дягилева у Андриса и Илзе — тоже по наследству от Мариса Эдуардовича.

В Риге жил старый танцор Озолиньш, работавший ещё в труппе Дягилева. Именно он рассказал об удивительном балете «Видение розы» Марису, который затем восстанавливал этот спектакль.

 

На вечере в Кремле, который пройдёт 30 ноября в память о Марисе Лиепе — в этом году ему исполнилось бы 75 лет, — будут показаны «Половецкие пляски», «Шопениана» и «Видение розы».

— В Риге собираются поставить памятник Марису Лиепе, и нашей семье хотелось бы, чтобы за основу взяли работу скульптора Елены Янсон-Манизер «Видение розы», посвящённую нашему отцу, — рассказал балетмейстер. — Ведь он восстанавливал эту постановку и в Риге, и в 1966 году в Москве, в Большом театре.

Из проектов Андриса во Франции лишь один прямо не связан с творчеством Дягилева. 29 ноября в парижском «Эспас Карден» состоится французская премьера поставленной им оперы «Евгений Онегин». В спектакле, посвящённом юбилею Галины Павловны Вишневской, будут заняты её оперная студия и французский оркестр. Но будущим летом в Театре Елисейских полей публика увидит три балета из репертуара дягилевцев — «Видение розы», «Жар-птицу» и «Клеопатру». Эту программу Андрис Лиепа обсуждал вместе с руководителями французской ассоциации «Друзья Русских сезонов ХХI века». В спектаклях, декорации к которым создаются по мотивам работ Леона Бакста, будут заняты звёзды российского балета первой величины.

— Наша ассоциация, основанная в перекрёстный год Россия—Франция, содействует расширению взаимных культурных обменов, — сказала вице-президент ассоциации Ольга Ламбер. — Андрис Лиепа восстанавливает уникальное наследие «Русских балетов» Дягилева, и мы отводим его программам важное место в своих проектах к предстоящим в 2012 году российско-французским культурным сезонам.

Ассоциация «Друзья Русских сезонов ХХI века», возглавляемая балериной и меценатом Софьей Лозе, приглашает французских и российских меценатов принять участие в конкурсе на спонсорство этой программы. Официальными спонсорами станут три первых победителя конкурса. По словам представителя ассоциации в Монако Ирины Алексеевой, в княжестве проявляют к проекту большой интерес.

 

Под патронатом князя Монако

 

Балетная компания Дягилева была первой русской труппой, сформированной для работы за рубежом. Инициатор «Русских сезонов» осуществлял свой проект под патронатом князя Монако Альбера I. Известный мореплаватель и учёный, прапрадед нынешнего суверена Альбера II стал официальным покровителем русских артистов в Европе. Рядом со зданием Оперного театра средиземноморского княжества установлен бюст антрепренёра. Это дань памяти российскому подвижнику, оставившему в европейской культуре глубокий след.

В Старом Свете новое поколение русских артистов, объединившихся вокруг Дягилева, стало законодателем моды. «В синей тунике из неба ночного затянутый стан», — писал Николай Гумилёв об иконописной красавице Тамаре Карсавиной, приме дягилевской труппы. Отец Тамары Платоновны был учеником Мариуса Петипа, а теперь, в свою очередь, русскому балету покорилась Франция.

Как впоследствии рассказывала в мемуарах сама балерина, после первой совместной работы между ней и Дягилевым возник настоящий творческий союз. «Для осуществления своих замыслов ему нужны были молодые восприимчивые личности, из которых можно было лепить, словно из мягкой глины, придавая необходимую форму, — говорила об антрепренёре Карсавина. — Он помог мне расширить горизонты моего художественного восприятия, он образовывал и формировал мои вкусы без какихлибо нарочитых философских рассуждений и проповедей. Несколько небрежно брошенных им слов как бы выхватывали из тьмы ясную концепцию, образ, который предстояло создать».

Вместе с балеринами — Карсавиной, Верой Каралли, Ольгой Спесивцевой — на сцене блистали и танцоры во главе с великолепным Вацлавом Нижинским. В одноактном спектакле «Видение розы», поставленном по мотивам поэмы Теофиля Готье на музыку Карла Марии фон Вебера, хореография Михаила Фокина впервые отводила мужской партии в балете столь же важную роль, что и женской. Сара Бернар, самая знаменитая актриса в истории, называла Нижинского «величайшим артистом мира». Свою лепту в славу компании внесли приглашённые Дягилевым поэты, художники, композиторы.

Однажды в Парижской опере по настойчивой просьбе публики пришлось исполнить ещё раз… весь балет. Дягилев попросил Карсавину выйти за занавес, где ей пришлось произнести перед зрителями свою первую речь. «Мы охотно доставим публике удовольствие и повторим спектакль и при этом питаем надежду, что зрители, в свою очередь, проявят щедрость во время сбора средств», — сказала балерина. Представление было благотворительным.

Неутомимая энергия мастера проявилась в годы Первой мировой войны, когда всё вокруг, казалось бы, неизбежно ставило под вопрос само существование антрепризы: театры закрывались, танцоры разбредались по разным углам разорённой Европы. Но Дягилев находил своих артистов, помогал вернуться на сцену, опираясь на благосклонность короля Испании и даже Папы Римского. Щедрую помощь труппе оказывала королева моды Коко Шанель. С кончиной мэтра-основателя в 1929 году труппа распалась. Но остались её новации, стиравшие грани между разными областями искусства.

Дмитрий Горохов

ИТАР—ТАСС, ПАРИЖ